В режиме диалога

26.10.2009 | | Восточный формат
 



Вот уже больше двух недель в российском интернете продолжаются споры вокруг подписанной в конце сентября программы сотрудничества между Россией и Китаем на 2009-2018 годы. Согласно опубликованной на прошедшей недели версии документа, на территории РФ планируется реализовать 86 проектов, в том числе 24 в лесном секторе, порядка 20 по разработке месторождений. Кроме того, российско-китайское сотрудничество планируется и в таких отраслях, как туризм, сельское хозяйство, топливно-энергетический комплекс. При этом мнения экспертов относительно достигнутых договоренностей кардинально разделились. Одни утверждают, что данной программой федеральные чиновники решили уступить приграничные территории России китайцам, отдав им на откуп богатые недра. Другие же, напротив, утверждают, что без этого шага дальнейшее развитие территорий Дальнего Востока и Восточной Сибири России в принципе невозможно. О том, чего ждать Иркутской области, на территории которой российско-китайскими силами также планируется реализовать девять проектов, «Восточный Формат» спросил у местных экспертов.

Алексей Козьмин, 
президент Фонда регионального развития Иркутской области
.
Исходя из текста программы, пока сложно делать выводы о том, как будут реализовываться заявленные проекты. Остается открытым вопрос об инвесторах — будет ли Китай инвестировать в проекты на российской территории, и если да, то каким будет соотношение этих инвестиций с российской стороной? Будет ли Россия участвовать в капитале заявленных бизнес-проектов на китайской территории? Какие трудовые ресурсы будут задействованы, и если к работе на российской территории будут привлекаться китайские мигранты, то каким будет их количество?

Среди проектов, заявленных к реализации на территории нашего региона, есть и уже запущенные — например, производство поликристаллического кремния в городе Усолье-Сибирское, которое осуществляется с участием ГК «Роснанотех». Не понятно, предполагается ли участие китайских партнеров в этом проекте.

Если оценивать программу в целом, то можно отметить, что количество высокотехнологичных проектов на китайской территории значительно выше. Например, предполагается разместить там машиностроительные предприятия для производства оборудования для горнодобывающей промышленности. В то же время Иркутская область обладает собственным промышленным потенциалом в данной сфере, который должен быть использован при освоении новых месторождений. Настораживает и факт разворачивания в Китае крупных производств мебельной промышленности, которая будет использовать российское сырье. В последнее время, например, в Усолье-Сибирском активно развивается мебельное производство, и его потенциал можно было также использовать.

Необходима тщательная проработка каждого проекта, включенного в программу, до начала его реализации с привлечением российских экспертов и региональных властей с целью учета интересов восточных регионов России и организации действительно взаимовыгодного сотрудничества с китайскими партнерами не в ущерб стратегической безопасности страны.

Юрий Логачев,
и.о. президента Союза лесопромышленников и лесоэкспортеров Иркутской области

Отвечу однозначно и категорично: такая программа, конечно, нужна Иркутской области. Благодаря этой программе в регион будут привлекаться столь необходимые инвестиции в лесную отрасль, которые способствовали бы ее переводу на принцип глубокой переработки с высокой добавленной стоимостью, с созданием новых рабочих мест, потому что приоритет в плане трудоустройства будет отдан нашим гражданам. Ни у бизнесменов, ни у государства на сегодняшний момент недостаточно средств для вложения в ЛПК, ведь он очень финансово емкий. Взять, например, то же производство целлюлозы.

Не думаю, что программа принесет какие-либо негативные последствия региону. Если говорить о возможном массовом наплыве мигрантов из Китая или бесконтрольном вывозе ресурсов из Приангарья, то эти факты есть и сегодня. Мне кажется, что тот высокий уровень, на котором принималось решение о программе, наоборот, исключит эти факторы.

Наталья Сысоева,
заведующая отделом региональных экономических и социальных проблем ИНЦ СО РАН, доктор географических наук

На мой взгляд, программы для сотрудничества России и Китая нужны, но их задача — помогать бизнесу, а не заменять его. Я бы хотела в программах сотрудничества увидеть больше направлений по расширению инфраструктуры и институтов сотрудничества, а не конкретных проектов, тем более что мы не знаем, как они будут осуществляться, у наших стран разные источники инвестиций и механизмы их стимулирования.

Что касается перечисленных проектов, коль они уже названы конкретно, то, например, проекты по глубокой переработке древесины обещают положительный эффект в том случае, если они откроют китайский рынок для конечной лесопродукции из России (как было в советский период с предприятием «Игирма-Тайрику»), а не только для круглого леса и целлюлозы. Негативный эффект от них возможен по нашей вине, если не будет контролироваться эксплуатация лесосырьевой базы.

Что касается поликристаллического кремния, нужно ли нам китайское участие в проекте, который объявлен инновационным и уже вроде как на выходе? Неужели у «Нитола» все еще не хватает средств для инвестиций? Согласно данным, они уже получили в прошлом году более 7,5 млрд руб. по линии «Роснано». На территории китайских провинций также заявлено несколько проектов по производству поликристаллического кремния, и здесь, видимо, должны сказать свое слово специалисты по технологиям его производства.

Вообще, в перерабатывающих предприятиях вопрос должен стоять только при условии открытия китайского рынка для совместной продукции (вода, нагревательные приборы и т.д.), тогда можно говорить о положительном эффекте. Хорошо, что в их числе Байкальск, он должен стать открытым городом как перспективный туристический центр.

Необходимость включения китайских предприятий в модернизацию цементного производства мне непонятна, эта продукция не вывозится на дальние расстояния.

Что касается проектов по горнодобыче (магнезиты и полиметаллы), это несколько противоречит объявленной ранее политике повышения степени переработки добываемого сырья. Если эти минералы не востребованы на внутреннем рынке и на них не нашлись свои инвесторы, стоит ли их разрабатывать вообще? Есть опасение, что именно эти горнорудные проекты окажутся основными в рамках данного договора, поскольку китайская сторона всегда заинтересована в сырье, а не в товарах. Желательно новый этап сотрудничества начинать не с них, а с отраслей переработки.

Юрий Фалейчик,
депутат Законодательного собрания Иркутской области

Программа сотрудничества великолепная. Мы таких развернутых соглашений с Китаем в принципе раньше не имели. По-моему, для развития Иркутской области вообще нужна комплексная программа. И не важно, российско-китайская она или наша собственная. А вот то, что подписано соглашение главами двух стран о сотрудничестве, на самом деле это не панацея. Программа автоматически не решает ничего, она просто открывает дверь, куда заинтересованному инвестору с китайской стороны нужно будет пройти. Дверь открыта, этим можно пользоваться.

Но сама по себе программа — это еще далеко не все, потому что для ее реализации в Иркутском регионе нужно, чтобы у каждого проекта, который мы заявили, был очень сильный оператор, то есть инвестор с российской стороны, который решительно и самостоятельно будет прорабатывать развитие этого проекта. От того, что в программу записали разработку Савинского месторождения магнезитов в Черемховском районе, например, ничего не изменится. Потому что у этого месторождения нет оператора. Разработка золото-серебряно-полиметаллических руд в Нижнеудинском районе, создание Тайшетского лесопромышленного комплекса — у этих проектов также нет инвесторов.

Проектов очень много, мы устали от стратегии, хочется чего-то конкретного. И данное соглашение, программа сотрудничества между Россией и Китаем, — это просто возможность, но не условие развития Иркутской области. Программа не подразумевает поиск инвестиций, она подразумевает поддержку участников с российской и китайской сторон правительств двух стран — России и Китая. Условно говоря, есть модернизация цементного завода ОАО «Ангарскцемент», мы знаем, что у предприятия существуют акционеры, заинтересованные в развитии. Безусловно, они сами будут прорабатывать вопросы модернизации, но, когда речь зайдет о взаимодействии с китайской стороной, можно будет опереться на данное соглашение.

Само же соглашение никаких негативных и положительных проявлений в Иркутской области иметь не будет, то есть никаких инвестиций, никаких китайских рабочих, которых мы почему-то все боимся, следом за программой на нас не нахлынет.

В Иркутской области планируется реализовать проекты:

1. Создание комплекса полной переработки древесины на базе Чунского ЛПК.

2. Создание лесоперерабатывающего комплекса в Усть-Кутском районе.

3. Строительство производственного комплекса поликристаллического кремния в г. Усолье-Сибирское.

4. Разработка Савинского месторождения магнезитов в Черемховском районе.

5. Разработка золото-серебряно-полиметаллических руд в Нижнеудинском районе.

6. Создание Тайшетского лесопромышленного комплекса.

7. Производство энергосберегающих нагревательных приборов и систем микроклимата на основе нано-структурированных планарных нагревательных элементов в г. Байкальск.

8. Инвестиционный проект ООО «Священный Байкал-Иркутск» по созданию нового предприятия по добыче и розливу экологически чистой воды высшей категории качества в п. Култук.

9. Модернизация цементного завода ОАО «Ангарскцемент».





См. также:
 

Вернуться к списку публикаций